January 28th, 2021

Валерий Чкалов и паскудства сталинизма

(Добавление сюда: http://bouriac.ru/CRP/Stalin.htm)

Всяких противных деталек из жизни советской верхушки -- до
чёрта. Вот, к примеру, о суперлётчике Чкалове. Г. Ф. Байдуков
("Первые перелёты через Ледовитый океан"):

"...пришёл посыльный с очередными телеграммами. Они были адре-
сованы Валерию Павловичу от Ольги Эразмовны и сына.
Восьмилетний Игорь писал:
'Дорогой пара! Поздравляю тебя с благополучным окончанием пере-
лёта. От пионеров и октябрят лагеря Артек передаю горячий привет
тебе, дяде Белякову и дяде Байдукову.'"


Мне в раннем детстве очень хотелось попасть в этот разреклами-
рованный благодатный Артек, и мне почему-то представлялось, что
если я буду хорошо учиться и хорошо себя вести, то наверняка по-
паду туда. Детство прошло, а этот Артек даже поблизости не ока-
зался. И даже никто из моих одноклассников или товарищей по дво-
ру там не побывал.

Я должен был за чкаловское отродье радоваться? А с какого рожна
вдруг? Это отродье ведь за меня не радовалось (да ему и повода
особо не находилось). У меня СВОЯ жизнь, у моих детей -- тоже. Я
хочу в первую очередь радоваться за себя и за них. Это естествен-
но, это прошито в человеческих инстинктах -- заботиться прежде
всего о собственных чадах и пропихивать их к благам вперёд чужих
детей. Но при проклятом царизме-капитализме такой пропих делался
открыто и составлял заявленный порядок вещей, а при сталинском (и
последующем) социализме это осуществлялось негласно, а официально
трещали о равенстве, то есть, неслабо лгали пресловутым трудящим-
ся. Номинально все были равны, а на деле некоторые -- равнее. Кто
успел вскоре после 1917 года вскочить в поезд "новой элиты", тем
было хорошо, а остальные были в пролёте. Иногда в "элиту" пускали
и позже -- за какие-то особые заслуги, как в случае Чкалова, но
ему пришлось ради этого из кожи вон лезть и в конце концов даже
убиться в 34 года. Да и заслуги в таких случаях были зачастую спе-
цифические. Вот что лучшее агитировало бы за Советскую власть:
чкаловские рекордные перелёты или, к примеру, блистательное реше-
ние жилищной проблемы в СССР? По-моему, решение проблемы. Но чка-
ловские перелёты давались много легче (и отнимали у общества энер-
гию, которую можно было тратить на преодоление проблемы жилья).
По сути Чкалов был участником пропагандистского спектакля, вво-
дильщиком общественности в заблуждение касательно ситуации в СССР
и ценностной системы. И что в результате получалось: разных реко-
рдов -- таких и сяких -- у СССР было навалом, а большинство граж-
дан страдало, мягко говоря, от бытовой неустроенности -- и хорошо
ещё, если не на Колыме. И эта заложенная Сталиным традиция пуд-
рить мозги рекордами продержалась ещё 50 лет, а потом социализм
грохнулся под тяжестью лжи и бытовых сложностей. И СССР грохнулся
тоже. Мог загнуться и в 1941-м (солдаты сдавались в плен сотнями
тысяч), но помогли расстояния, морозы, бездорожье, союзные постав-
ки, оголтелая демагогия засцавших Эренбургов, расстрельная практи-
ка НКВД и массовое самопожертвование наивных честных героев, вроде
Зои Космодемьянской, -- по молодости элементарно не успевших разо-
браться, что к чему при сталинском социализме.

Сталин и дети

(Добавление сюда: http://bouriac.ru/CRP/Stalin.htm)

Ещё в тему советского иерархизма в приложении к детишкам. Из
книги "Восточная Пруссия глазами советских переселенцев":
"Ольга Васильевна Полежаева работала уборщицей в заводоуправле-
нии. Летом 1948 года была направлена в один из пионерских лагерей
Зеленоградска. И попала как раз на 'спецзаезд'. В лагере отдыхали
дети уехавших на курорты работников министерства судостроения.
Привыкшая к полуголодному существованию, Ольга Васильевна была
поражена: 'В день на питание и содержание тратилось по сорок
рублей на одного ребенка. В меню входили мясо, яйца, кофе, масло,
шоколад, сливки и другие продукты...' Ребенок из 'спецзаезда' за
две недели съедал, как нетрудно подсчитать, среднемесячную
зарплату рабочего."


Там же о том, на каком фоне это происходило:
"Голод 46-47 годов.
- Чем мы питались в этот год? Посудите сами. В поселке Маршальс-
кое я нашел в развалинах дома, в подвале, гнилую картошку,
изготовил из нее крахмал, отвез к себе в Заливное и кормил им
свою семью, - вспоминает ту пору Владимир Петрович Филатов. -
Дочка - ей было два годика - просила не хлеба, а 'дай картошки'.
С огромным трудом занял тысячу рублей и отвез дочь в Тулу, чтобы
она не умерла от голода.
Вот строки из воспоминаний других наших собеседников. 'Поели
всех кошек и собак'. 'Откапывали перезимовавшую картошку,
чистили, терли и пекли из нее блины. Люди звали их тогда
"тошнотиками". 'Пришла домой - плачу: ни хлеба, ни денег. Муж
меня утешает. Он с товарищами в разбитой кирхе нашел просвиры и
три килограмма этих просвир принес домой. Мы размачивали
'божественную пищу', и это спасло нас от голода'. (Последнее
свидетельство принадлежит Марии Дмитриевне Машкиной.)
К общим для страны причинам голода добавлялись и чисто местные:
непродуманная переселенческая политика властей, неподготовлен-
ность в хозяйственном отношении."


* * *

В большую тему "Сталин и дети", раз уж пошла о них речь. Моше
Зальцман ("Меня реабилитировали", стр. 180):
"Здесь в числе заключённых были также дети, подростки десяти-
двенадцати лет. Для остальных они были подлинным бедствием. Вся
бригада в полном составе должна была доставлять из кухни в барак
ведро супа, чтобы эти детишки не схватили и не унесли его. Суп
они выливали прямо на землю, ложились и лакали его. У заключённых
существовал неписанный закон: наказание за кражу пайки хлеба --
смерть. Многие из этих несчастных детей пали жертвами этого
закона."

Академик Лихачёв и эта... как её... совесть

(Добавление сюда: http://bouriac.ru/CRP/Likhachev.htm)

Я живу приблизительно так, как подсказывает мне совесть. А она
мне ничего не подсказывает. Шучу. Что-то там внутри эпизодически
даёт мне рекомендации: сделай так, сделай этак. Но я не уверен,
что это всегда совесть, а не какой-то другой инстинкт (их ведь
много, и поди ещё различи по "голосам", какой из них нашёптыва-
ет в текущий момент, тем более что они иногда проявляются по
несколько сразу). А этот Лихачёв все свои внутренние "голоса"
валил, наверное, на совесть, поэтому ему и казалось, что её у
него много и что он ею пропитан насквозь. На самом деле его
наверняка подначивали (попеременно или одновременно) стадный
инстинкт, стремление высунуться, нарваться на похвалу и на
гонорар, сказать про кого-то гадость, посамолюбоваться на чьём-то
ужасном фоне и т. д., но он всюду видел совесть и только её, по-
тому что проницательностью не отличался.

Кстати, этот Лихачёв, помимо того, что трепался, ещё, оказыва-
ется, впридачу курил -- со всеми вытекающими, как то: сопли и
кашель, дурной пример молодёжи, дополнительная зарузка многоболе-
ющим собой бесплатной советской медицины, окурки, мерзкий дым,
допонительные расходы (= нагрузка на биосферу). По-моему, куриль-
щик имеет право рассуждать о совести только следующим образом: я
сознаю неимоверную тяжесть своего порока, но ничего не могу с
собой поделать, несмотря на острейшие приступы совести, поэтому,
как честный человек, скрепя сердце, готовлю убиение себя, чтобы
освободить окружающую среду от своей неполноценной личности и
показать пример другим курильщикам, в особенности поджигателям
лесов, матрасов, бензоколонок, собора Парижской Богоматери и т. п.