January 4th, 2021

Белоруссия: анализ и прогноз

(Добавление сюда: http://bouriac.ru/ARTICLES/Traitors_2020.htm)

Время для избавления от Лукашенко в 2020 году было очень бла-
гоприятное: к нарастающим деградационным проблемам добавился
COVID-фактор, но вот же всё равно что-то не пошло.

А ведь "социальной базы" у пересидента уже почти нету:

- те, кто заточены на потреблятство, не любят Лукашенко за
то, что тут не такая обывательская благодать, как хотя бы
в Польше; подсознательно они вешают на него всё, даже
климат, который тут не такой, как в Турции: плохая зима,
нехорошее лето -- один Лукашенко в ответе за это;

- те, кому отвратителен либерастизм, отвергают Лукашенко за
то, что почти всё европейское дегенератство уже пришло и в
Белоруссию (кстати, Новый год напомнил об этом фейерверками
и петардами, действовавшими нормальным людям на нервы почти
в "обычном" для Белоруссии режиме);

- граждане, продвинутые по культурной части, не простят Лука-
шенко то, что при нём уничтожалось или уродовалось архитек-
турное наследие;

- чиновники и "силовики" поддерживают Лукашенко лишь условно:
для них главное -- усидеть и сохранить свои привилегии, а
"перемены" этому угрожают не сильно;

- аппарат политических репрессий -- это только малая часть
МВД, КГБ и пр., так что "повязанных кровью" на самом деле
горсть, а остальные как-нибудь отмажутся, да и нужны они
будут новой власти тоже;

- молодёжь пинает Лукашенко хотя бы ради самоутверждения:
это теперь такая модная движуха, бон тон;

- люди среднего возраста мстят Лукашенко за свои "несбывши-
еся надежды" и отсутствие положительной перспективы
(теперь он для большинства -- дежурный виноватый во всём);

- пенсионеры разлюбили Лукашенко за сокращение своих поку-
пательных возможностей, сложности в поликлиниках и больни-
цах и тоже за "несбывшиеся надежды".

Но агрессивных уличных бойцов в Белоруссии, тем не менее почти
не видно, потому что ситуация ещё не дошла до состояния, когда
"нечего терять, кроме своих цепей": "перемены" очень желательны,
но они пока что не стоят риска, лишений и крови. На рожон лезут
только наивные молодые дурачки, социопаты и зарабатыватели ста-
туса политических беженцев, а их не так уж много, и власть нала-
дила технологию их нейтрализации. Все погибшие при репрессиях --
это реально случайные жертвы, а не убитые по приказу убивать.

Что уличные протесты направляются и финансируются Западом, а
начались они как следствие спецоперации по смещению Лукашенко,
организованной в России, -- это вещь очевидная для многих.

Что выскочившие вдруг чёртиками из табакерки "альтернативные
лидеры" -- это либо западные марионетки, либо "тёмные лошадки" с
подвязками в России -- дело тоже для многих понятное и расхола-
живающее.

У Лукашенко -- не "социальная база", а контингент тех, кто
терпят его как чуть меньшее зло и чтобы не ввалиться во "времена
перемен" ради замены шила на мыло. Встречаются, конечно, и его
искренние обожатели. Нехорошее положение в стране они объясняют
тем, что враги мешали Александр Григорьичуработать. Против этого
довода, кстати, особо не попрёшь: таки мешали ведь, да. Всегда
хоть кто-то мешает.

Что в результате будет? А то же, что было к концу 2020 года:

- эмиграция всех, кто могут себе её позволить;

- умеренный отток капиталов и мозгов;

- постепенное ухудшение экономической ситуации, снижение
покупательной способности населения, сброс "социальных
обязательств" государством, рост наглости банков;

- накопление лжи и "грехов" лукашенковским режимом;

- укоренение и медленное нарастание массовой неприязни к
режиму (резервы тут ещё имеются);

- постоянное стремление прозападной оппозиции "раскачать
лодку" через интернет (это работа за деньги, так что
она не прекратится, пока не иссякнет финансирование);

- малоуспешные попытки с востока подогреть пророссийские
настроения.

Пока будет что жрать, социальный взрыв не предвидится. Но
ситуация будет постепенно ухудшаться, и придётся сдавать страну
либо Западу, либо России (вот тут есть неопределённость). Кста-
ти, если Евросоюз и Россия сами столкнутся с какими-то допол-
нительными большими трудностями (а это довольно вероятно), то
Белоруссия перестанет их привлекать как нужный для чего-то там
кусочек.

Когда плебсу станет нечего хавать, тогда ситуация начнёт при-
ближаться к революционной, и появится, наконец, возможность рас-
пространять в народе радикальный конструктив. Шансик выжить и
прорваться на следующую ступень социального развития у белорусов
немножко ещё есть, несмотря на все растраты и профуки последних
десятилетий.

Кстати, и у Лукашенко ещё в принципе имеется возможность и вы-
крутиться, и даже войти в историю великим человеком, но эта воз-
можность только "теоретическая": она не ложиться на его личность,
не проходит через фильтр его предубеждений, не соответствует
масштабику его личности. Если бы это было иначе, мы бы здесь
давно уже хоть что-нибудь да заметили. Каждый -- сам себе кузнец
своих несчастий. Ну, как правило.

Про славные немецкие танки PzKpfv I и PzKpfv II

(Добавление сюда: http://bouriac.ru/ARTICLES/T-34.htm)

Танк PzKpfv I был не учебным танком, а просто танком: не стали
бы производить учебный танк в количестве 1493 экземпляра в усло-
виях острой нехватки бронетехники (на фоне вообще сравнительно
небольших немецких "тиражей" бронированных машин это количество
выглядит очень немалым). Вдобавок учиться правильнее на том
танке, на котором впоследствии будешь воевать. Ну что можно было
изучать на PzKpfv I, даже если ты собирался пересаживаться потом
на PzKpfv II, а не на PzKpfv III? Материальную часть? Так она у
PzKpfv III была другая. Стрельбу из пушки? Так на PzKpfv I её
вовсе не было. Тактику? Но она у малого пулемётного танка отли-
чалась от таковой у пушечного.

По-моему, версия про учебность PzKpfv I получила распростране-
ние по следующим причинам:

- многие танкисты реально начинали с освоения PzKpfv I, пото-
му что было время, когда других танков у Германии попросту
не имелось или их было мало;

- новичков сначала определяли на лёгкие танки, а набравшихся
опыта и проявивших себя переводили на более серьёзные;

- немцам со временем стало стыдновато за ТТХ PzKpfv I, а
трактование этого танка как учебного облегчало их нравст-
венные страдания.

PzKpfv I имел отличную энерговооружённость (19.5 л.с./т) и
скорость (37 км/ч). PzKpfv II по пулемётности был в 2 раза
слабее, чем PzKpfv I, уступал танку PzKpfv I по энерговоору-
жённости (14.7 л.с./т), а пушку (20 мм) мог применять разве что
против лёгких танков, но не против пехоты. То есть, PzKpfv II
был нужен как противотанковая поддержка при PzKpfv I на случай
встречи с лёгкими танками противника, а также как средство по-
вреждения (не сокрушения же!) небронированных и слабобронирован-
ных целей типа грузовиков и бронеавтомобилей.

Да, броня PzKpfv I пробивалась из противотанкового ружья, но
что из того? Во-первых, в танк надо было ещё попасть, а он ведь
был малоразмерным и быстро перемещался. Во-вторых, заброневое
действие крупнокалиберной пули было незначительным, так что да-
леко не всякое попадание выводило танк или экипаж из строя.

И PzKpfv II был не "переходным" танком, как его называет, к
примеру, A. Luedke ("Waffentechnik im Zweiten Weltkrieg"), то
есть, ни туда, ни сюда, а нормальным танком в своём классе пуле-
мётных танков с малокалиберной пушкой для повреждения легко бро-
нированных машин -- таких же, как сам (для противопехотного ис-
пользования пушка должна была иметь калибр не менее, чем 45 мм).

Версия о "переходности" PzKpfv II функционально аналогична
версии об "учебности" PzKpfv I. Ну не стали бы производить
"переходный" танк до 1942 года. График производства PzKpfv II
по годам (из немецкой Википедии):
      вариант       годы производства   количество штук
  ----------------+-------------------+--------------------
   Ausf. a1/a2/a3      1935-1937             100
   Ausf. A, B, C       1937-1940            1113
   Ausf. D/E           1939-1939              50
   Ausf. F             1941-1942             525

И вообще, что понимали под "переходностью" (Uebergangsloesung),
если развитие танков так или иначе никогда не останавливалось?
У каждого типа немецкого танка было штук по пять последовательно
сменявшихся вариантов (Ausfuehrungen). Кто-то когда-то в каком-
то контексте ляпнул про "переходность", а в наше время она всплы-
ла опять-таки как оправдание -- за малокалиберность пушки и т. п.

Итого танки PzKpfv I и PzKpfv II были хорошими машинами в
своём поколении и в своей области применения (гонять пехотинцев
в чистом поле), нормально отработали своё и вовремя ушли со
сцены. Существенную долю в почти-успех германского блицкрига
1941 года они внесли.

Советский танк Т-26 с его 45 мм пушкой, 2 пулемётами и 3 члена-
ми экипажа, потенциально был в бою более силён, чем PzKpfv II,
но практически уступал ему из-за отсутствия радиосвязи и т. п.
Использовавшийся немцами чешский танк LT vz. 38 был значительно
лучше PzKpfv II и Т-26 -- при той же, что и у них, массе около
10 т.

Не особо приятное в Петербурге

(Добавление сюда: http://bouriac.ru/BT/RUSSIA/Peterburg.htm)

Что совсем уж не понравилось: КИТАЙЦЫ. Их там тучи немеряные.
Туристы, да, но от этого не легче: давление на мизантропскую
психику от этих настырных толп из чужой империи получается то
ещё. А ведь среди них есть и агентура, и просто заразные. С этим
надо что-то делать.

В главных музеях китайцем является чуть ли не каждый второй
оболдуй, мешающий мне запечатлевать остатки старого доброго
времени. Эти почти уже оккупанты нередко ведут себя бесцеремонно,
я себя с ними -- иногда тоже. Но подозреваю, что бесцеремонность
получается только по МОИМ меркам, а по их китайским понятиям всё
нормально.

Когда я в Эрмитаже чего-то там фотографировал и старался заме-
реть в полной неподвижности, меня задел сзади проходивший мимо
китаец. Я оглянулся, проверился: место для прохода имелось вполне
(я ж мизантроп, а не хам). Едва я снова нацелился фотоаппаратом,
меня задел следующий китаец. Потом ещё облезлая китаянка сделала
то же самое, и на неё-то я уже таки рявкнул на великомогучем язы-
ке что-то близкое к расистскому, так что дамочка аж дёрнулась и
чего-то замявкала. Я среагировал на китаянку не потому, что она
с меньшей вероятностью, чем китаец, превосходит меня в кунг-фу, а
потому что три -- круглое число для моего терпения. Нет, я таки
понимаю, что у китайцев -- по известной причине -- более скром-
ные, чем у нас, представления о личном пространстве. Ну так пусть
их инструктируют (и потом экзаменуют) перед засылкой в Европу. Я
решил с ними в Эрмитаже тоже не церемониться: к примеру не ждать,
пока они освободят проход, а переть сквозь ихние толпы мини-буль-
дозером, если что (китайцы практически ведь вряд ли закончатся
всё равно).

* * *

Санкт-Петербург отличается повышенной концентрацией западнутых
элоев на улицах: всякая там волосать так и шастает, напрягая ми-
зантропический менталитет. Музыкантишки что-то бренькают здесь и
там, причём даже в переходах метро, чтобы невозможно было обойти
их паскудные [кошачьи] концертики дворами.

Ещё характерное для петербургского метро -- настырная реклама
всякого дегенератского непотребства: визуальная, а на эскалаторах
вдобавок и звковая. Получается: за твои деньги (45 рублей!) тебе
же травмируют психику псевдоинформацией. Срут в твоё подсознание,
путиноидские сволочи. Загоняют тебя в дорогие и вредные для био-
сферы личные автомобили. Или вытесняют в вымирающие русские дере-
вни, чтобы те вымирали медленнее.

В Эрмитаже раздражают знаки с перечёркнутыми ладонями -- "рука-
ми не трогать". Раздражают, потому что их ставят так, что засло-
няются экспонаты, которые я фотографирую. Я даже переставлял эти
знаки несколько раз, потому что иначе было никак.

А ещё в Эрмитаже отменены тапочки для посетителей. Типа круши
паркет, потому что он всё равно давно уже не аутентичный, а ре-
ставрации -- это классный способ залезания в государственный
бюджет.

А на условно-свежем воздухе раздражают реставраторы: то здесь,
то там ты лишаешься возможности сделать снимок достопримечатель-
ности, потому что часть её сокрыта не пеленою дождя даже, а их
тряпьём и лесами. В надцатый раз повторяю для особенно бестолко-
вых: насядьте вы толпой на один объект, сделайте на нём за неско-
лько [дней] недель своё дело, освободите по-быстрому для обозре-
ния, уберите заборы и прочий хлам -- и только потом лезьте на
следующий. Разве я предлагаю что-то неправильное или невозможное?
Это ж не в космос летать, справитесь. Или вы уверены, что уж вас-
то мизантроп киркою сзади не обработает: типа пожалеет, раз вы --
за культуру?!

Не совсем зрелищный Витебск

(Добавление сюда: http://bouriac.ru/BT/BELARUS/Vitebsk.htm)

Ура-патриотический рассказ о любом белорусском городе всегда
включает в себя раздел о его долгой замечательной истории, от
которой почти не осталось материальных следов, потому что всё
сгорело, было расхищено, взорвано, потерялось в эвакуации, просто
пошло прахом и т. д. Витебск в этом отношении весьма типичен.

Ни про один белорусский город не получится честно сказать, что
"всё при нём". Города, у которых "всё при них", -- это, к приме-
ру, Вильнюс, Рига, Таллинн, Псков, Смоленск, Львов, даже Даугав-
пилс, наверное, и Тарту.

Центр Витебска зализан, как лысина вождя. Нет вкуса подлинности.
Красители и консерванты, почти идентичные натуральным, но в слиш-
ком большом количестве. С ужасом думаешь, сколько всего НАСТОЯЩЕГО
было уничтожено ради этого скоростного зализа.

Москальско-советская топонимика в Витебске тщательно сохранена
с целью имитации горячего стремления слиться с Россией: помогает
выдуривать деньги и преференции. Город "Славянского базара" имеет
квазиинтеграционную функцию.

Улица Суворова: дешёвая смесь хрущёвской, сталинской и дорево-
люционной плебейской застройки, подкрашенной в пропагандонских
целях. Хрущёвский период -- вроде тяжёлой архитектурной болезни,
прокатившейся по нашим местам.

Макияж таки может улучшать внешность женщины, но не очень зна-
чительно: если нет хорошей "основы", особо не разгонишься. И это
улучшение -- по сути обман. С городами то же самое: если "основа"
неважная, то всякие там цветочки и лампочки дадут очень немного.

Вообще, кладя кирпич на кирпич, думай и о будущих поколениях,
чучело: клади ровнее, эстетичнее. Потому что кому-то с твоими кир-
пичами потом жить -- и поминать тебя адекватным словом.

После того, как в Витебске поразрушали храмы, город лишился
своих архитектурных доминант. Пришлось храмы восстанавливать. Это
как замещать выбитые зубы: тоже "не своё", но полезно и смотрится.
Итого проделали лишнюю работу ДВАЖДЫ: сначала ломали, потом ре-
конструировали. И вот где ж тут было при таком подходе обустроить
страну?

Дом-музей Марка Шагала -- в двух шагах от железнодорожного вок-
зала. Дом минималистский: там нет даже кроватей (полатьев, дива-
нов), так что спали в нём, надо думать, на полу, причём без мат-
расов даже, потому что шкафы для убирания матрасов на день тоже
отсутствуют. А может, матрасы попросту скатывались, как прежде на
флоте, и размешались скатанные, вдоль [бортов] стен. Ещё вариант:
весь пол (кроме того, что в кухне и лавке, наверное) застилался
татами, как у японцев. На самом деле это, наверное, была та ещё
еврейская неряшливая халупа, в которую едва помешались люди и
[козы] вещи. План дома Шагала:
                   +-------+---------+--   --+
                   |       |         |       |
                   |                   кухня |
                   |       |         |       |
                   +--   --+---   ---+-------+
                   |       |                 |
                   | лавка |                 |
                   |       |                 |
                   +--   --+-----------------+

Я уверен: фиг бы носились тут с этим Шагалом, если бы с ним не
носились во Франции и Германии. И фиг бы стали носиться с ним во
Франции и Германии, если бы он не был евреем.

У Шагала имелся свой особый стиль: летающие евреи и еврейские
козы плюс нарочито деформированные недоделки. Плюс фрагментирова-
ние. Что-то вроде несмешных карикатур. Этот Шагал, возможно, ви-
зуально выразил сумбурность еврейского мышления.

Витебск -- среди прочего, столица еврейского фестиваля "Славян-
ский базар", таки да. Ну, фестиваль практически получается, коне-
чно, не совсем еврейский, потому что славяне ведь везде пролеза-
ют.

Характерное для Витебска -- скруглённый угол кирпичных домов
дореволюционной постройки. Один из четырёх. В доме Марка Шагала,
кстати, это тоже имеет место. Радиус скругления -- сантиметров
30. Зачем это так делали -- не знаю. Может, какая-то еврейская
примета бытовала (типа если не скруглишь угла дома, то денежки
сделают тю-тю). В Вильнюсе я такое тоже видел.

Витебск в свою реку (Западную Двину) не смотрится. Может, для
того, чтобы не говорили, что он подражает Будапешту? Нет, навер-
ное это из-за того так, что Витебск -- город с неплотной застрой-
кой, а Будапешт -- с плотной, так что к реке он припирается под
"давлением".

Доля евреев в Витебске конца XIX века была вряд ли меньшей, чем
в Будапеште (ладно, в Риге: она пребывала в составе той же самой
империи), а разгул архитектуры не получился. Значит, либо дело
было не в евреях, либо евреи были не те. Сказалась провинциаль-
ность Витебска? Но Рига до 1920 г. тоже была далеко не столицей.
И в чём была определяющая разница между Ригой и Витебском? Думаю,
в немцах: немцы задавали тон, равняясь на Германию, а представи-
тели других этносов подтягивались по немецким образцам.

В Витебске якобы на фундаменте средневековой крепостной башни
построили современную. Польза от этой новой башни та, что она по-
казывает, насколько велик был средневековый Витебск.

Подозреваю, что к сносу всяких средневековых укреплений причас-
тны в первую очередь евреи: во-первых, они слишком предприимчивы,
во вторых, не ценят в укреплениях их защитных свойств, потому что
в случае нашествий каких либо съезжали, либо [переходили на сто-
рону неприятеля] уж точно не сражались на стенах (хотя в Праге
один раз было: в 1648 г. против шведов). Чуть что сразу евреи,
да. Но в данном случае это только предположение, и я готов
выслушать критику.

Может, этот снос укреплений европейских городов в середине XIX
века отчасти мыслился как частичное разоружение, борьба за мир,
убирание лезущих на глаза символов вражды и разъединения,
распахивание объятий всему прогрессивному человечеству. На самом
деле ведь военное значение этих укреплений не утратилось совсем,
и даже во Вторую Мировую войну при обороне некоторых городов
сохранившиеся древние рвы, стены и пр. оказывались кстати.

Сталинский ампир на улице Кирова -- не доведенный до кондиции:
не Крещатик и даже не Минск. Были бы башенки чуть повыше и чуть
декорированнее, я бы сказал: о, да, самое то. Причина недоделан-
ности ампира -- наверняка в излишней иерархичности белорусской
бюрократии: провинциальные бонзы боялись архитектурно сравнять
свой удельный град со столичным, тем паче затмить оный. Или же
Витебск всего лишь оказался жертвой хрущёвский гонений на ампири-
стость "сталинок", а Минск частично успел застроить свой центр ДО
ТОГО.

К Витебску, как и к любому белорусскому городу, напрашивается
эпитет "недоделанный". Разумеется, нет конца совершенствованию,
но тут речь не о доводке и полировке, а о закрытии зияющих дыр и
о радикальных заменах лишь бы чего на не лишь бы что. Адольфа
Гитлера от теперешнего Витебска (а может, и тогдашнего), навер-
ное, вырвало бы на тротуар: ну не так надо строить, орлы, НЕ ТАК.

В Витебске нет или почти нет ни модерна, ни барокко, ни готики,
ни романики. Не говоря уже о ренессансе. Из более-менее выражен-
ного имеется только классицизм и сталинский ампир, да и тот до-
вольно сдержанный. Стиль местных церквей -- эээ... церковный.
Преобладающий сегодняшний стиль старых построек -- утилитаризм
с лёгким налётом эклектичного декорума.

Зато драмтеатр в Витебске огромный: можно ставить в нём боль-
шие пьесы. На Шекспира замахиваться, к примеру...

В зареставрированно-реконструированном историческом центре
Витебска общепитовские цены на еду возмутительные: совсем не
делается скидка на то, что богатая (и примыкающая к ней) сволочь,
сползающаяся сюда на свой "Славянский базар", отравляет этот
город своим присутствием только две недели в году.

За витебскую топонимику требуются отдельные расстрелы, причём
в особо жестокой форме (с элементами откровенного садизма, ну
сколько можно жаться-то?!). Вообще, белорусская городская топони-
мика -- по преимуществу пресмыкательно-мазохистская и попрошайни-
ческая с ориентацией на восток. Нет, я понимаю, что даже сегодня
как-то не хорошо давать имя, скажем, Стефана Батория или Яна
Собесского улице в "спальнике" с панельной хрущёвско-брежневской
застройкой, от которой, впрочем, и лукашенковский жильщный ширпо-
треб ушёл недалеко. Вот если когда-то назвали убогую улицу Комму-
нистической, пусть она под этим названием и останется.