December 10th, 2020

Критические портретики: Геннадий Хазанов

(Добавление сюда: http://bouriac.ru/ARTICLES/Critical_Miniatures.htm)

ХАЗАНОВ Геннадий Викторович (1945)

Чуть было не подкупил меня эффектным "творческим вечером" на
своё 70-летие. Выглядел очень неглупым и не совсем испорченным
человеком, весьма крепким актёром, у которого в жизни немножко
не всё идёт гладко, зато есть самокритичность, уважение к правде
и потребность в одобрении окружающими.

Хазанов на этом вечере признался, что в 1994-м на сборном кон-
церте по поводу какого-то "профессионального праздника" некото-
рые зрители устроили ему обструкцию: топали ногами и кричали
"Уходи!". Ну, он и ушёл с эстрады -- актёром в театр. И вполне
там прижился, особенно в роли Наполеона в пьесе Иржи Губача и
кого-то там в пьесе Франсиса Вебера "Ужин с придурком".

Охлаждение к себе как к эстраднику объяснил отсутствием эффект-
ных текстов: он сам ведь только исполнитель, а сочинять тексты --
это другая профессия. Думаю, причина не только в этом, но также
в том, что для части зрителей стал в первую очередь евреем, сим-
волом брежневского "застоя" и соучастником разрушения СССР.

(Припоминаю, мне в конце 1990-х сын сестры жены впаривал аудио-
кассету с выступлениями Хазанова. Там была какая-то пошлость по
поводу кое-чего у статуи античного персонажа, и я не дослушал.
Хазанов вызывал у меня лёгкую неприязнь и производил впечатление
подрывного трепла, отнимателя времени.)

Ещё он развёрнуто выдал, что слава действует как наркотик и
что настойчиво ищут её люди, как-то ущемлённые в ранней молодос-
ти. Про свой случай он не пускался в детали, но это нормально.

Немножко уподобил положение эстрадного актёра с положением
проститутки и высказал это отнюдь не радостно.

Убедительно пояснил различие для эстрадника выступлений в сбор-
ных концертах и в сольных: в сольных зритель идёт на тебя, это
твой поклонник, поэтому встречает тебя заведомо тепло, а в сбор-
ных зритель случаен и не обязательно относится к тебе положитель-
но.

Сказал, что в театре чувствует себя много комфортнее, чем на
эстраде, потому что может позволить себе не беспокоиться о реак-
ции зрителя на себя, Хазанова (в пьесе ты -- один из многих, и
вдобавок зритель, как правило, заранее более-менее представляет
себе, о чём эта пьеса, и сильно разочаровываться не будет так или
иначе).

И мне понравилось, как он откомментировал себя в роли Сталина:
функционировал на экране, а не играл, поскольку эта роль была
эпизодическая, без потребности разбираться в нюансах.

Про Сталина он гадостей не говорил, а сказал только, что надо
оценивать его с учётом обстоятельств. И про книгу Радзинского о
Сталине заметил, что Сталин там однозначно отрицательный персо-
наж, а реальность была сложнее. У меня даже возникло подозрение,
что в этом случае Хазанов выдал своё искреннее мнение, а не под-
страивался под более широкий контингент зрителей.

Ещё он, оказывается, тёрся о ведущего антисоветчика Мстислава
Растроповича (даже ездил по приглашению оного в Париж на отмеча-
ние растроповичского юбилея в 1997 г.)

А теперь по другим источникам.

Начинал как протеже Аркадия Райкина.

Продолжал, среди прочего, как конферансье оркестра Леонида
Утёсова. Леонид Утесов был и свидетелем на свадьбе Хазанова в
1970 г.

Жена -- дочь партработника, репрессированного в 1938, потом
рабилитированного.

Когда Хазанов получал квартиру в 1975 году, оказался в одном
подъезде со своим тайным папаней, тоже евреем, только не знал
этого (моя бурная фантазия с НКВД-истским уклоном рисует следую-
щую версию: дом контролировался "еврейской мафией" и распреде-
лялся среди "своих", отсюда и совпадение).

Имеет второе гражданство (израильское) и квартиру в Тель-Авиве
(вдобавок к московской).

В 1993 поддержал устроенный Ельциным государственный переворот.
На президентских выборах 1996 года был доверенным лицом Ельцина.

С 1997 года -- директор Московского театра эстрады.

На президентских выборах 2012 года был доверенным лицом Путина.
Крымнашист.

Весь в орденах "За заслуги перед Отечеством" (аж четыре степе-
ни).

Если пустить в ход всё ту же фантазию, как будто пишешь сцена-
рий остросюжетного фильма с наивной надеждой, что он будет принят
в производство, то получится следующее. Геннадий Хазанов -- не
простой еврей, а особенный: считается у национально-озабоченных
евреев особо породистым, от рождения "право имеющим". Или же не
считается, но Райкин -- один из тайных лидеров советских евреев
-- разглядел на Хазанове печать судьбы, что-то многообещающее для
еврейства. В итоге Хазанова стали "вести" старшие по еврейской
общине. Во второй половине 1970-х и первой половине 1980-х он по-
катался сыром в советском масле и хорошо заякорился в массовом
сознании, а во второй половине 1980-х был сориентирован на подрыв
общественого строя и вовсю использовал свою заякоренность. Мина
рванула, так сказать. В районе 1991 года он вместе с себе подоб-
ными плавно переместился из советского привилегированного слоя в
антисоветский и стал ещё более хорошо устроившимся. Но во front-
end он оказался несколько отработанным материалом (у националис-
тически настроенных русских развилось неприятие сабджекта), зато
в back-end и на вторых ролях (а для "своих" и по-прежнему на
первых) Хазанов был ещё вполне хорош даже в 2000-х, и чуть позже.

Альтернативная версия: вот прямо так, по плану, это всё не про-
исходило, а получалось спонтанно. Еврейские люди-молекулы склады-
вались в видимую (но в основном невидимую) "кристаллическую стру-
ктуру" не благодаря каким-то направляющим воздействиям из секрет-
ных центров, а всего лишь в силу своих элементарных "молекуляр-
ных" свойств.

Про сослагательное наклонение и историю

(Добавление сюда: http://bouriac.ru/NOTES/NOTES.htm)

Вот любопытно, ЧТО имеют в виду шибко окультуренные недоумки,
когда изрекают своё дурацкое "история не признаёт сослагатель-
ного наклонения"? На всякий случай возражу им следующим образом.

Во-первых, история -- не субъект: признавать или отвергать
что-то она не может никак, расслабьтесь.

В-вторых, если бы история была субъектом, она вряд ли уполно-
мочивала бы недоумков пояснять её свойства: она наверняка выбира-
ла бы на это дело кого-нибудь потолковее.

В-третьих, сослагательному наклонению, будь оно, в свою оче-
редь, субъектом, было бы чихать на то, признаёт его история или
не признаёт.

В-четвёртых, на истории надо УЧИТЬСЯ. Об этом дуракам говорят
раз за разом, а дураки раз за разом не понимают, о чём речь.

Так вот, заточенные на практику результаты изучения истории как
раз и выражаются в первую очередь в предложениях типа "Если бы я
не наступил на такие-то грабли, я не получил бы черенком этих
граблей по лбу", из которых выводятся правила типа "На такие-то
грабли лучше, может, не наступать".

Далее, если кто-то чего-то "не признаёт", то в каком смысле:
не хочет или не может? Как говорили в Советской Армии, не можешь
-- научим, не хочешь -- заставим. Сначала, конечно, получаться
не будет, но потом, постепенно, после N-го наступания на одни и
те же грабли, признание, возможно, придёт -- если "клиент" ещё
останется жив.

История -- не только не субъект: она вдобавок не одна-единст-
венная: у дураков -- своя её версия, у умников -- своя. За ту ис-
торию, которая у дураков, умники не отвечают: может, с нею дейст-
вительно что-то не так.

Вывод: ляпнуть, не подумав, может любой, так что не надо зачис-
лять кого-то в умственно не совсем полноценные сразу же после
того, как он выдаст стандартную хрень про отношения истории с
сослагательным наклонением [глагола]. Но если он будет настаивать
даже после намёка на то, что повторять эту расхожую галиматью --
не есть здорово, тогда таки да.

Говорят, упоминаемую тут чушь первым выдал Karl Ludwig Hampe
(1869-1936), аж немецкий историк Средневековья. Точнее, у него
было "Die Geschichte kennt kein Wenn". Ну, немецкие историки
ведь тоже бывают разные. Есть шизоиды со схематичным мышлением,
у которых есть только одна версия истории -- их собственная. На
самом деле история битком набита всякими wenn-ами, потому что на
события можно смотреть то с одного бока, то с другого -- и вдоба-
вок, откуда ни смотри, всё равно ж видно плохо. Корректное описа-
ние истории просто должно изобиловать всякими сомнениями, предпо-
ложениями и допущениями, а как их выражать без wenn-ов, лично я
не знаю.

Изменить прошлое пока не получается, но иначе посмотреть на не-
го -- это всегда пожалуйста, а каким оно было "на самом деле" --
этого вам знать на 100%, как правило, не дано.

Далее, граница между прошлым и настоящим бывает условная: зави-
сит от того, как ты нарезаешь события в пространственно-временном
континууме. Нарежь так, чтобы прошлое стало в твоих понятиях те-
кущим событием, и переделай в настоящем то, на что хватит сил.