February 16th, 2020

Кем и как делается так называемая наука

(Добавление сюда: http://bouriac.ru/ARTICLES/Against_Science.htm)

Принадлежность к "людям науки" -- вроде членства в клубе. Когда
тебя принимают в "научный клуб", не имеет значения, насколько
важные вещи ты открыл или придумал: тебя туда берут не за это.
Важно только то, чтобы твоя диссертация более-менее отвечала фор-
мальным требованиям. Правда, новизна и значимость -- это тоже
формальные требования к диссертации, но удовлетворить их посред-
ством натяжки -- дело элементарное, если ты ко времени защиты
своей работы уже более менее продвинулся в налаживании отношений с
авторитетными членами клуба. Кстати, ты им нужен лишь чуть мень-
ше, чем они тебе: им ведь надо, чтобы кто-то называл их выдающи-
мися, цитировал их в положительном ключе, "развивал" дальше их
ахинею.

Быть членом "научного клуба" (между прочим, не обязательно
"научным работником") -- значит участвовать в коллективной моно-
полии на "научные знания". Члены "научного клуба" признают право
говорить "от лица науки" только за членами своего клуба. Прочие
люди игнорируются, цитировать их -- значит, ссылаться на ущерб-
ные, НЕНАУЧНЫЕ источники. Но воровать их идеи, переводить их на
"научный" воляпюк и выдавать потом за свои -- это можно. Авторст-
во краденных идей признаётся за теми членами "клуба", которые эти
идеи "ввели в научный оборот". ДО ТОГО эти идеи считаются несу-
ществующими. То, что исходит не от членов "клуба", даже не кри-
тикуется (правда, оно действительно являет собой зачастую ещё
более вздорную чушь, чем писанинка членов "клуба").

"Научная истина" -- то, за что проголосовали члены "научного
клуба". Голосование, конечно, зачастую фигуральное, но, скажем,
при защите диссертаций -- и реальное тоже. Вот это голосование и
есть основной "научный метод".

Членство в "научном клубе" даёт многие преимущества, но мешает
творить размашисто и революционно. Член "клуба" вынужден держать
шеренгу с другими членами "клуба", иначе они начнут игнорировать
его, отставлять от научных кормушек. К кормушкам допускаются
только лояльные члены "клуба".

Новые тезисы об Эдуарде Лимонове

(Добавление сюда: http://bouriac.ru/CRP/NBP.htm)

Новые тезисы об Эдуарде Лимонове (вдруг сами собой повыперли:
специально я их из себя не давил):

1. Лимонова сильно раздражает Грета Тунберг, потому что она
лезет в давно выбранную им для себя "экологическую нишу"
народного будителя, причём лезет с совсем уж примитивом (у
неё всего лишь один дурацкий тезис), но при этом оказывается
много успешнее Эдуарда. Ну, мне она тоже противна, ладно.

2. В "Другой России" Лимонов заявляет, что революция в принципе
хороша тем, что может породить ЧУДО, которое позарез нужно
обществу, а без революции чудо не появляется. Так вот, это
неправда: полезных чудес, в том числе политических, немало
случалось и без революций. К примеру, изгнание иезуитов из
Португалии в 1759 г. маркизом Помбалем. А про революции,
наоборот, можно сказать, что они по преимуществу меняли шило
на мыло (одну паскудную "верхушку" на другую) и уничтожали
культурные ценности.

3. Лимонов считает, что разжигание революции -- это большая
заслуга сама по себе, полезная встряска общества, поэтому
"профиль" революции почти не имеет значения. Главное -- раз-
рушить сложившуюся систему: это расчистит дорогу для всяких
инноваций, о которых революционеры могли даже не догадывать-
ся. Типа не важно даже , что Лимонов продвигал в массы всякую
ерунду: главное, что он делал подрывную работу.

4. Лимонов эксплуатирует образ маргинала, а на самом деле марги-
налом не является: он довольно востребован и вписан в "боль-
шую" систему в качестве дежурного псевдомаргинала. Маргинум,
которому принадлежит Лимонов, -- какой-то широковатый. Лимо-
нов не в системе власти -- это да, но он при деле и у власти,
и у оппозиции (власть + оппозиция = "большая" система). Если
человека много публикуют и много интервьюируют, то он никак
не отодвинут на край. Оппозиционер -- да, маргинал -- нет. И
тем более не аутсайдер (а, скажем, я -- таки аутсайдер, по-
этому мой уровень в ррреволюционной иерархии -- аж на 2 сту-
пени выше, чем у Лимонова; ну, если принимать такую града-
цию отстранённости: аутсайдер -> маргинал -> оппозиционер).

5. Лимонов -- авангардист лишь в том смысле, что копает под су-
ществующий порядок вещей, чтобы якобы пропихнуть на его место
какой-то неведомый другой порядок. На самом деле такой "аван-
гардизм" очень стар, и правильное название ему -- "деструк-
тивность".

6. С модералистической точки зрения, Лимонов -- дегенерат, дест-
руктор, позёр, левак, демагог, манипулятор, в прошедшем веке
запоздалый, недореволюционер, припылок, безответственная по-
верхностная дешёвка и, может, вдобавок социальный паразит (но
тут я уверен не на 100%: иногда ведь он таки занимался и нор-
мальным трудом, к примеру, работал уборщиком в доме какого-то
американского конгрессмена, почему-то не пожелавшего видеть на
этом месте сексапильную женщину средних лет). Но лично мне по-
читывать его бывает иногда интересно, и я почему-то рад тому,
что семейная жизнь у него в конце концов всё же наладилась.
Христианское чувство к нему у меня иногда шевелится, но я
думаю, это -- всего лишь от привыкания, а не то того, что он
и/или я -- хорошие люди.

7. Книжные тексты Лимонова и его писанина в интернетном "журна-
ле" заметно различаются качеством, так что Лимонова, надо по-
лагать, неплохо редактируют -- и, может, даже "ведут" (сло-
вечко из лексикона моего знакомого "конспиролога").

8. Хорошее литературное качество концептуального текста вполне
совместимо с простоватостью идеологического содержания -- и
маскирует эту простоватость. Такой маскировки хватает в текс-
тах Лимонова. Скажем, лимоновская "Другая Россия" -- книжка
заводная, но там, наверное, нет ни одной страницы, к которой
я бы не смог придраться по существу.

9. В русскую литературу Лимонов по большому счёту не войдёт, а
в историю русской политической мысли наверняка немножко
втиснется -- как минимум, своим "Дисциплинарным санаторием".

10. Лимонов таки останется в русской истории конца XX, начала
XXI века, но только в качестве второстепенного персонажа.
Лимоновщина -- это концентрированная форма литературного
революционного позёрства (в конечном счёте за деньги),
подкреплённого провокаторской практикой.

11. В Лимонове настораживает его серьёзность. Мне кажется, весё-
лые люди снисходительнее, сговорчивее -- и они охотнее дают
жить другим. Вроде, никто не рассказывал про хохочущего
Адольфа Гитлера (зато рассказывали -- Отто Штрассер -- про
Гитлера, грызшего в ярости ковёр).

12. Лимонова сильно беспокоит тема собственного величия, потому
что он сам в этом величии сомневается. И потому что, к при-
меру, Сальвадор Дали усиленно корчил из себя гения и пропих-
нулся в знаменитости, может, в основном благодаря этому.

13. Лимонов явно стремится ЛАДИТЬ с теми, кто, как он думает,
останутся в "сухом остатке" эпохи, и с кем он при этом непо-
средственно не конкурирует. Он хочет быть с ними в группке
взаимно поддакивающих.

14. Лимонова таки раздражает слава других людей, но только если
он не включил этих людей в круг тех, к кому примазывается. А
включённых в этот круг он даже может нахваливать. Как прави-
ло, это люди, с которыми он общался: возвеличивая этих чело-
вечков, Лимонов косвенно возвеличивает себя.

15. Подозреваю, что Лимонов сильно ревнует к Эрнесто Геваре,
только стесняется об этом говорить. И к Геваре Лимонову
трудно придираться: тот ведь сражался с "империализмом",
тогда как Лимонов -- только со славянскими братьями,
боровшимися за независимость своих Родин.

16. Вот это хорошо у Лимонова: выдавая концептуальные вещи, он
не старается писать заумно, наукообразно, употреблять модные
ненужные слова типа "симулякр", "оксюморон", "мем", корчить
из себя знатока идейного хлама, именуемого философией, поли-
тологией и т. п. И он не трещит, даже когда демагогит. Тут
он мне почти родной.

Кем будет Эдуард Лимонов через несколько десятков лет? Навер-
ное, всего лишь одним из множества второразрядных источников по
истории России конца XX, начала XXI века, интересующим лишь осо-
бо въедливых исследователей. Приблизительно теперешнего уровня
Ильи Эренбурга или даже ниже. Потому что Лимонов...
- не создал никакой занимательной фикции уровня "Мастера и
Маргариты";
- не отличился строгостью в части письменного применения
нецензурной лексики;
- не внёс лепты в решение какой-нибудь большой проблемы
человечества;
- не обогатил концептуальной сферы ничем, кроме "Дисциплинар-
ного санатория";
- не погиб геройски, как Эрнесто Гевара;
- в моральном аспекте выглядел плохо: провоцировал доверчивую
молодёжь на глупые подвиги; поддерживал аннексионные непо-
требства неправильной российской власти; говорил оскорби-
тельные гадости про соседние народы, а от критики собствен-
ного народа воздерживался (= не помогал ему улучшаться).

Лично я вожусь с Лимоновым, потому что другие писатели "ещё
хуже" (мельче, поверхностнее, типичнее, стаднее, подлее, трусли-
вее, ангажированнее, зажручистее, скучнее), а с кем-то возиться
надо ведь так или иначе: посматривать, как и чем они живут, пы-
таться заимствовать для себя что-то дельное и удерживаться от
повторения чужих ошибок.

Располагающее у Лимонова:
- босяк;
- знает Запад;
- не либераст;
- оппозиционер, не вполне путиноид;
- худо-бедно революционерит;
- не трещит; не изображает из себя философа;
- не "геополитик", не мистик, не православнутый;
- раскован в суждениях.

Отталкивающее у Лимонова:
- ставил педерастические эксперименты; не исключено, что
"бисексуал";
- матерщинничал письменно;
- непонятно как оказался "за бугром";
- в Россию был возвращён Борисом Березовским и Юлианом
Семёновым -- теми ещё прохиндеями;
- в Советской Армии не служил, а защитника Родины потом
корчил из себя много;
- участвовал в каких-то мутных братоубийственных войнах,
пусть и немного;
- подталкивал молодёжь к рискованному поведению; многим
сломал жизнь;
- пропихивал в умишки всякую чушь, вроде ранних браков;
- неуместно патриотствовал;
- антиукраинствовал;
- якшался с западными дегенератами;
- водился одно время с Жириновским и ещё с много кем при-
близительно такого же уровня качества;
- в России жил литературным трудом, то есть, был вынужден
пускаться во все тяжкие, чтобы привлекать к себе массовое
внимание и ладить с теми, кто в состоянии подсобить с
пропихом;
- примазывался к знаменитостям, критиковал известные фигуры
избирательно, с расчётом.

В русскоязычном культурном пространстве всякий образованец,
стремящийся прослыть крупным интеллектуалом и знатоком политики,
строчит свои "экспертские" пискульки на дурацком "геополитичес-
ком" жаргоне и в системе дурацких "геополитических" понятий. У
Лимонова же этого как раз нету. Так вот, если ему хватило ума
удержаться хотя бы от указанного непотребства, значит, ум у него
-- довольно вышесредний и довольно здравый.

Лимонова как думальщика погубило его же писательство. Точнее,
его стремление зарабатывать на жизнь литературным трудом. "Про-
фессиональный" писатель вынужден существенно приспосабливаться и
к широкой массе читателей (с малой массы "избранных" не прокор-
мишься), и к издателям, и к СМИ-шнкам. А если ты приспосаблива-
ешься, ты пишешь уже не то, что тебе думается, а то, что пользу-
ется спросом, между тем это далеко не всегда одно и то же. Ты
загоняешь себя в колею, потом сживаешься с нею, потом перестаёшь
её замечать. Привычка подстраиваться портит интеллект.

Лимонов при всех своих чудовищных пороках, похоже, всё равно
самый близкий ко мне по качествам русскоязычный писатель. Вот это
у меня с ним одинаковое:
- нерасположенность строчить fiction;
- претензия на концептуализм;
- конкретность;
- нежелание говорить красиво;
- незакультуренность;
- неприятие треска, наукообразия, зауми, мистики,
псевдоисторической галиматьи;
- оппозиционность;
- настроенность на революцию (правда, у меня -- не на лишь
бы какую и поскорее);
- скажем мягко, глубинное тяготение к чёрной униформе;
- способность при случае спокойно прихвастнуть между делом,
но в меру;
- потрясающе высокая самооценка.

Вот этим лично я вроде как лучше Лимонова:
- я не деструктор, а конструктор (даже по диплому о высшем
образовании);
- в концептуальных вещах я много размашистее, систематичнее,
рациональнее;
- я своевременно сообразил, что революция в текущую эпошку
не прокатывает, хоть ты тресни, и что надо пока хотя бы
подтягивать концептуальные "хвосты", чтобы не бегать по
кругу, уложенному старыми граблями;
- я не замазывался сотрудничеством с нечистоплотными и
мутными людьми;
- я ни под кого не подстраивался (а только сверялся с Уголов-
ным кодексом);
- у меня нет моральных обязательств ни перед какими Березовс-
кими;
- я вообще разборчив в средствах, только фиг соблазнишь этим
плебс: массы ценят в первую очередь успех (понимаемый ими,
конечно же, по-дурацки) и почти не обращают внимания на
средства, какими он достигается;
- с меня делать жизнь МОЖНО: будешь здоров, обеспечен,
защищён, весел, немало поездишь по разным странам.