February 21st, 2019

О войне тылами


"Подозреваю, что подобное наблюдается и у фронтовиков, по от-
ношению к тем, кто настоящего пороха не нюхал. При этом третиро-
вание тыловых крыс наверняка идет более ожесточенно, чем, скажем,
крыс сугубо гражданских."


Понятие "воевал" очень и очень неопределённое. К примеру, сол-
дат-новобранец ехал на фронт, попал под бомбёжку, был тяжело ра-
нен, потом комиссован. Он воевал или нет? В аспекте получения
льгот -- да, воевал, в аспекте окопного опыта -- нет. А ротный
повар, проведший всю войну в районе окопов и очень много сделав-
ший для поддержания боеготовности воюющей роты -- воевал или как?

Я служил в радиотехнических войсках. В случае начала войны за-
дача была вовремя обнаружить движение противника и помочь вскрыть
замысел налёта -- до того, как станцию наблюдения (и, может, нас
вместе с нею) уничтожит противорадиолокационная ракета или пара-
тройка диверсантов. Начнись война, я повоевал бы или нет -- ни
разу не увидев врага? Шанс оказаться убитым у меня был бы не на-
равне с фронтовиком, а, наверное, выше: современная большая война
начинается с подавления сил ПВО. Вообще, всё меньшая доля военно-
служащих имеет шанс хоть раз сбегать в атаку -- при почти неиз-
менном шансе лишиться жизни или стать калекой.

Те, кто бегают в атаку, представляются более "первичными", бо-
лее важными, более военными, но это только на первый салажачий
взгляд. Напомним себе, к примеру, как погибла 2-я ударная армия
Власова. Основная непосредственная причина гибели этой армии
была в том, что её просто ПЕРЕСТАЛИ КОРМИТЬ её собственные тылы.

О тылах. Даже в древние времена армии воевали, как правило, в
первую очередь тылами, а не фронтами. Без тылов они -- на один
рывок, на несколько мучительных суток в отсутствие еды, а может,
и воды тоже. Плюс душераздирающие крики раненых. Население, быва-
ет, особо не пограбишь. Кстати, и Наполеон ведь ушёл из Москвы
из-за нараставших трудностей со снабжением -- и по дороге во
Францию был добит в основном этими трудностями, а не доблестными
казаками.